Осенняя пора
Десять месяцев назад
Листья уже начинали менять цвет, когда он нашёл меня. Последние следы лета исчезали — и вместе с ними начиналось моё заточение.
Я умерла, уничтожив порочного бога в своём мире. Пожертвовала собой, чтобы спасти тех, кого любила. Я добровольно пошла навстречу смерти и ни о чём не сожалела. Я лишь не ожидала, что конец вдруг перестанет быть концом. Судьба оказалась жестока.
Я судорожно вдохнула, чувствуя, как душа беспокойно мечется внутри тела, словно не уверена, что ей здесь место, а потом наконец неохотно успокаивается, будто смиряясь с тем, что теперь нам придётся существовать вместе.
Но где это — здесь? Это был не мой мир. Не Аэрканум. Я чувствовала это по самому воздуху. Он пропах железом и пеплом. Кровью и смертью.
Со стоном я попыталась пошевелиться, и по спине прокатилась волна боли. Что-то прижимало мои ноги. Я снова дёрнулась и на этот раз посмотрела вниз. По телу пробежал холод. Не что-то. Кто-то. На мне лежал мертвец, всей тяжестью придавив ноги.
Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, но стало только хуже: запах разложения ещё сильнее ударил в нос. Меня затошнило. До слуха донёсся едва различимый звук, потом ещё один. Я напряглась, пытаясь разобрать приглушённые голоса. По твёрдой земле приближались шаги. Кто-то шёл сюда.
Я приподнялась и стала отпихивать тяжёлое тело, свалившееся мне на ноги, пытаясь освободиться. Позвать на помощь? Или лучше надеяться, что они пройдут мимо и не заметят меня? Голоса становились всё ближе.
Внезапно на краю моего поля зрения показалась фигура, проворно перескакивающая по грудам тел, словно огромная ласка. Это был мужчина — маленький и жилистый. На губах играла ухмылка, обнажавшая ряд желтоватых крысиных зубов.
Я замерла, надеясь, что он примет меня за ещё один труп в этой куче. Но было уже поздно. Должно быть, он заметил моё движение раньше, чем я увидела его. Одним быстрым крысиным прыжком он оказался сверху и прижал меня к земле.
От его прогорклого дыхания несло такой вонью, что меня едва не вывернуло. Он наклонился к моему лицу и шумно, глубоко втянул носом воздух.
— Барнабас!
Голос хлестнул по воздуху словно кнут. Громкий. Низкий. Властный.
Мужчина, сидевший на мне верхом, замер. На его лице отразилось мучительное колебание.
— Да, господин? — Его голос стал скользким, как змеиное шипение. Отвратительно подобострастным.
— Что ты нашёл?
Послышался вдох. Лицо мужчины оказалось совсем рядом с моим ухом. Он снова втянул мой запах, словно наслаждался ароматом редкого вина. И тут, к моему ужасу, из его рта высунулся язык. Красный, мерзкий, дурно пахнущий. Он потянулся к моей шее.
— Барнабас, — голос прозвучал резче. — Я задал тебе вопрос и жду немедленного ответа.
Язык исчез во рту крысоликого мужчины. В его глазах мелькнуло разочарование, когда он нехотя ответил:
— Эта жива.
Пауза.
— Невозможно. Все остальные были мертвы. Это место горело несколько дней.
В глазах Барнабаса появился блеск, который мне совсем не понравился. Я затаила дыхание, пока мы смотрели друг на друга. А потом он улыбнулся.
— И всё же она жива, милорд. И пахнет… — он снова принюхался, словно голодный пёс, и я вздрогнула, — восхитительно.
Он вновь наклонился к моей шее. Я вскрикнула и вскинула руки, пытаясь оттолкнуть его, когда заметила блеск острых зубов.
— Отойди от неё, — прорычал другой мужчина — тот самый лорд.
В его голосе звучала хищная угроза. Я попыталась понять, сколько ему лет. Кажется, он был моложе Барнабаса.
— Ни капли. И больше не смей её обнюхивать. Это приказ. Приведи её ко мне. Сейчас же.
Барнабас заскулил так тихо, что услышала только я, — словно пёс, рвущийся с хозяйской цепи.
— Всего глоточек. Совсем маленький, красавица, — прошептал он. — Ты так хорошо пахнешь. Лучше всего, что я когда-либо пробовал. Когда он тебя получит, больше уже не отпустит. Другого шанса у меня не будет.
Его губы раздвинулись, обнажив два острых удлинённых клыка. Таких огромных я никогда не видела ни у мужчины, ни у женщины. Он оскалился, словно волк, и снова начал склоняться к моей шее.
Меня охватила паника. Я забилась, пытаясь ударить его, но его скорость и сила ошеломили меня: он почти мгновенно прижал мои руки обратно к земле. Я была слабее, чем прежде. Не знаю, виновато ли было моё появление здесь или то, что ему предшествовало.
Я продолжала сопротивляться и чувствовала, как он злится, пытаясь удержать меня. Его лицо нависло над моей шеей. Зубы были совсем близко. Я зажмурилась, всем телом напрягшись в ожидании неизбежного нападения.
Но вместо этого раздался негромкий хруст. На лицо брызнуло что-то влажное. Я открыла глаза. Тело Барнабаса всё ещё лежало на мне. А головы не было.
Задыхаясь от ужаса, я приподнялась и столкнула с себя его труп. Повернув голову, увидела, как отрубленная голова катится вниз по груде тел, а из черепа торчит арбалетный болт. Я провела предплечьем по лицу, пытаясь стереть кровь этого мерзавца.
И только тогда поняла, что совершенно некстати оказалась голой.
— Встань. Спускайся сюда.
Я стиснула зубы. Похоже, одного похитителя мне предстояло сменить на другого. И этот, судя по голосу, точно не был жалким подхалимом.
— Я бы предпочла остаться здесь, — крикнула я. — Ступайте своей дорогой. В вашей помощи я не нуждаюсь.
На мгновение воцарилась тишина. А потом я услышала сразу несколько голосов. Мужчина был не один. Судя по всему, мои слова немало удивили окружавших его людей.
— Тихо.
Голоса внизу мгновенно смолкли.
— Это была не просьба, — снова произнёс он. — Но если ты во второй раз откажешься выполнить мой приказ, я с удовольствием велю одному из своих людей снести тебя вниз.
Я медленно поднялась на ноги и услышала внизу несколько изумлённых вздохов. То ли людей потрясло, что с меня стекала кровь Барнабаса, то ли вид обнажённой женщины — кто знает. В основном там были мужчины, так что, скорее всего, второе.
Я подняла руку, заслоняя глаза от мутного солнца, наполовину выглянувшего из-за облаков. Приглядевшись, увидела цепочку солдат — одни стояли на земле, другие сидели верхом. На всех были доспехи необычного красно-чёрного цвета.
Впереди, на чёрном жеребце, сидел мужчина. В руках он держал арбалет. Я с интересом посмотрела на оружие. Должно быть, невероятно мощный арбалет, если одним выстрелом способен снести человеку голову.
А потом я взглянула на лицо мужчины — и мысли об арбалете тут же исчезли. Он был поразительно красив. Резкие черты, бледная кожа. Смертельно опасный и притягательный. И гораздо моложе, чем я ожидала. Примерно моего возраста.
Этот мужчина спас мне жизнь. Убил одного из своих людей, чтобы защитить меня. Но, увидев высокомерное выражение на его красивом лице и жестокий изгиб тонких губ, я не почувствовала ни капли благодарности.
Золотисто-светлые волосы обрамляли резко очерченную линию челюсти. Он был стройным и изящным, с гибким мускулистым телом. И всё же что-то в его облике заставляло меня думать, что когда-то он был болезненным, худым мальчишкой.
Одна черта особенно выделялась — орлиный, почти ястребиный нос. Он словно не вписывался в остальное лицо. Слишком острый, слишком крупный, слишком далёкий от совершенства. Но именно это, пожалуй, делало его ещё более аристократичным и усиливало надменность выражения. Такой нос подчёркивал изящные линии скул и челюсти и придавал ему что-то волчье.
Кто-то, возможно, даже назвал бы его непривлекательным. Во всяком случае, он был совершенно не в моём вкусе. Мне нравились мужчины покрупнее. С тёмными волосами. И всё же я не могла отрицать: в нём было что-то такое. Ощущение едва сдерживаемой силы и опасной хитрости, скрытых под маской железного самообладания.
Пока я, спотыкаясь, спускалась с горы гниющих трупов, он соскользнул с седла. Держа арбалет в левой руке, направился ко мне. Он двигался как человек, не привыкший к тому, что кто-то смеет оспаривать его власть.
Пронзительные серые глаза блеснули, и я почувствовала, как он оценивает меня с головы до ног. Его взгляд медленно скользил по каждому сантиметру моего обнажённого тела, не оставляя от моей стыдливости и следа.
Он сделал шаг ближе и втянул носом воздух — совсем как Барнабас. До меня донёсся запах зелёных яблок, прежде чем я не выдержала и отшатнулась. Позже я ещё буду думать об этом. От него пахло свежестью. Совсем не так, как от Барнабаса или разлагающихся трупов.
И всё же я больше не могла терпеть этот изучающий взгляд.
— Ну так смотрите хорошенько, раз уж начали, — бросила я и перекинула длинные волосы через плечо, с неприятным удивлением ощутив, как они коснулись голой кожи. — Уверяю вас, больше такой возможности у вас не будет.
Где-то в строю один особенно смелый солдат громко рассмеялся. Я ухмыльнулась в сторону солдат, словно бросая им вызов: ну же, попробуйте ещё раз. Одного взгляда их молодого командира хватило, чтобы все мгновенно замолчали.
Мужчина презрительно усмехнулся.
— Я всего лишь пытался понять странный интерес Барнабаса. От тебя несёт просто отвратительно. Хотя, полагаю, после лежания на куче трупов иначе и быть не может.
Он повернулся к одному из солдат.
— Найди ей одежду.
Щёлкнул пальцами.
— Нет, погоди. Лучше отдай ей свой плащ. Сними. Сейчас же.
Глаза солдата расширились.
— Но, милорд… мой принц, — прошептал он, украдкой покосившись на меня. — Вы же сами видели, кто она. Её волосы… На ней метка…
Принц, значит? Что ж, выглядел он достаточно надменно.
— Я знаю, кто она, — ответил командир. — И, не сомневаюсь, лучше тебя. А теперь отдай ей чёртов плащ. Мы забираем её с собой.
Солдат поспешно расстегнул плащ и бросил его мне. Я с благодарностью поймала его, стараясь не обращать внимания на выражение лица мужчины. Страх или отвращение — я так и не поняла.
— Принц вы или нет, но вы сильно ошибаетесь, если думаете, что я куда-то с вами пойду, — заявила я, принимая плащ и запахивая его вокруг себя. — За плащ спасибо, но отсюда я сама найду дорогу домой.
По крайней мере, отчасти это было правдой. Это место не было моим домом. И я сомневалась, что когда-нибудь сумею вернуться туда. Но уж выбраться из этой преисподней, куда угодила, я точно могла.
Через мгновение я пожалела, что вообще открыла рот.
Молодой командир снова сел на коня и теперь смотрел на меня сверху вниз с откровенным презрением. Я заметила, что его нос был не только ястребиным, но ещё и кривым, словно когда-то его ломали. Возможно, даже не один раз.
В нём было что-то такое, что не позволяло мне отвести взгляд. Наши глаза встретились в безмолвном вызове.
— Если бы это решение зависело от тебя. Но оно не зависит. А если собираешься усложнять дело…
Он махнул другому солдату.
— Найдите ей нормальную одежду. Потом свяжите.
И они так и сделали.
Мы направились к городу странной процессией: солдаты, лошади и я, бредущая перед конём командира со скованными запястьями и то и дело спотыкающаяся о неровную землю. Я чувствовала на себе взгляд принца и ощущала его холодное веселье всякий раз, когда оступалась.
Я уже успела возненавидеть своего нового похитителя всей душой, но всё же не позволила себе повернуть голову и посмотреть на него. Ни разу.
В конце концов заговорил он сам.
— Откуда ты?
Я промолчала.
— Я задал тебе вопрос. Очевидно, ты не принадлежала к тому месту. Так откуда ты? Что ты там делала?
Раздался щелчок кнута. Я вздрогнула.
— Не заставляй меня спрашивать ещё раз.
Я прикусила губу, сдерживая почти истерический смех. Неужели этот мужчина действительно собирался меня высечь? Меня, ещё совсем недавно бывшую принцессой Камелота и королевской фейри?
Наверное, всё-таки стоило ответить. Только не правду, разумеется.
— Не знаю, — солгала я.
Я не собиралась рассказывать ему, что свалилась сюда из другого мира после того, как уничтожила собственного деда, который, возможно, был самым близким подобием бога, существовавшим в моём мире. К тому же чем бы я ни воспользовалась, чтобы совершить это, похоже, оно не переместилось сюда вместе со мной.
До сих пор я не хотела полностью признавать это, но правда была в том, что… я чувствовала себя слабее. Странно опустошённой. Осмелюсь сказать? Смертной.
И всё же во мне явно было что-то, привлёкшее внимание этих солдат. Они сказали, что я отличаюсь. Но что именно меня выдавало?
— Зачем вы забираете меня с собой? Вы всегда нападаете на невинных женщин, которых встречаете на дороге?
Некоторое время он молчал.
— Ты говоришь так, будто понятия не имеешь, кто я. Что ты делала в том месте?
— Заблудилась, — беспечно ответила я. — И нет, не имею. Я о том, кто вы. А должна? Знать вас, в смысле. Помимо того, что вы придурок?
Он раздражённо хмыкнул, но кнутом больше не щёлкнул.
— Не могу поверить, что ты действительно настолько невежественна. Впрочем, думаю, скоро узнаешь всё, что тебе следует знать, — загадочно произнёс он, а потом я услышала, как он пробормотал: — Вот дерьмо.
Я подняла взгляд.
К нам трусцой приближался солдат — невысокий, хрупкого телосложения, в круглых очках с тонкой металлической оправой. Очки. Я видела, как некоторые знатные люди у нас дома носили такие.
Я с любопытством уставилась на него, а он в ответ — на меня, будто совершенно ошеломлённый.
— Мой принц, — выдохнул он. — Мне сказали, что вы нашли…
Он посмотрел на меня.
— Нашли… интересную женщину.
— Можно и так сказать, — протянул принц. — Хотя ничего особенно интересного в ней нет, Люциус. По-моему, она весьма скучна.
Я проигнорировала выпад.
— Но… её волосы, — выдохнул солдат по имени Люциус. — Цвет. Это невероятно. Просто невероятно, милорд.
Опять? Значит, дело в моих волосах.
Я коснулась головы. Мне рассказывали, что у моей матери-фейри были яркие фиолетовые волосы. Правда, сама я их никогда не видела. Она умерла, рожая меня. По сравнению с её волосами мои казались тускло-ржаво-рыжими.
Не раз, глядя вечером в зеркало, я вспоминала о моркови. Сейчас мои кудри спутались и распушились. Я попыталась разобрать их пальцами, но это было бессмысленно. Мне нужна была щётка. Гребень. И горячая ванна. При мысли о том, как хорошо было бы стать чистой и согреться, у меня вырвался тихий стон.
— Принц Дракхарроу, вы понимаете, что это значит? — громким шёпотом спросил Люциус.
Я уже начала воспринимать его как нечто вроде секретаря. Во всяком случае, заискивал перед принцем он достаточно усердно, чтобы сойти за секретаря.
— Вы должны представить её ко двору. Она ведь может оказаться…
— Об этом поговорим позже, — перебил его принц-командир. — Я уже отправил вперёд гонца.
Признал он это почти неохотно. В его голосе чувствовалось напряжение. Он прекрасно понимал, что имеет в виду Люциус. Просто пока не хотел этого признавать. Почему? Что во мне было такого?
— Прекрасные новости, милорд. Прекрасные. Я знал, что могу положиться на вашу мудрость.
Я буквально чувствовала, как маленький секретарь-подхалим прожигает меня взглядом.
— Могу только представить, какой переполох это вызовет. Вы только посмотрите на неё, мой принц. Её волосы действительно… ну… красные.
— Да, я вижу, Люциус, — огрызнулся принц Дракхарроу. — У меня есть глаза. Красные волосы. Да, они действительно красные. Мы забираем её с собой. Двор разберётся, что означает её появление, и вынесет решение. Всё это ужасно утомительно. Теперь придётся вернуться раньше времени, так и не закончив расследование того, что произошло в деревне. Но что поделать? Я живу ради служения.
Я почти услышала, как он раздражённо закатил глаза.
— Простите, я вас утомляю? — прошипела я, оборачиваясь к нему.
Я дёрнула цепями.
— Полагаю, для вас это обычный день. Водить людей на цепи.
Он меня проигнорировал.
— Хорошо. Как скажете, милорд, — поспешно произнёс солдат-секретарь, тоже сделав вид, что не услышал меня, хотя бросил на меня потрясённый взгляд. — Для меня истинная честь находиться рядом с вами в тот момент, когда вы возвращаетесь с такой ценной пленницей.
— Я не чёртова пленница! — рявкнула я, резко разворачиваясь к нему.
Секретарь ахнул, попятился, споткнулся о камень и едва не растянулся на дороге.
Позади меня Дракхарроу фыркнул от смеха. Первый признак того, что он хотя бы отдалённо напоминает человека. Я обернулась и сердито посмотрела на него.
— Постарайся всё-таки удержаться на ногах, Люциус, — лениво протянул молодой лорд. — Она всего лишь сквернорождённая, а не единорог.
— Разумеется! Она может оказаться куда важнее любого мифического существа из легенд, — пропищал Люциус, раскинув руки, чтобы удержать равновесие. — Хотя, конечно, существует связь между…
— Этот разговор становится утомительным. Смотрите.
Светловолосый мужчина указал вперёд.
— Мы подходим к городу. Скоро всё решится.
Люциус поспешил прочь, всё ещё возбуждённо бормоча что-то себе под нос.
Я посмотрела туда, куда указал принц, и невольно задержала дыхание. Мы поднялись на вершину высокого пологого холма. Внизу раскинулся город.
Я пришла из замка, парившего в небесах. Я использовала могущественную магию, чтобы низвергнуть его на землю и убить тех, кто в нём находился. А теперь всё это казалось таким далёким. Почти невозможным.
И всё же, несмотря на все чудеса, которые мне довелось увидеть, я могла с уверенностью сказать: ничего подобного тому, что открылось передо мной сейчас, я не видела никогда.
Сам город оказался меньше, чем я ожидала, но всё равно выглядел величественным и богатым. Он раскинулся у самого края тёмного беспокойного океана, чьи яростные волны разбивались о белый песок. За городской чертой три огромных железных моста тянулись к трём скалистым островам.
На первом острове, словно белое гнездо на тёмном утёсе, возвышалось сооружение из яркого сверкающего камня. Оно сияло, как жемчужина, на фоне бурлящих серых волн и быстро темнеющего неба. В центре взмывали ввысь тонкие шпили, а вокруг здания поднимались стройные изящные колонны.
На втором острове стоял замок с башнями и арками глубокого ониксового цвета. Они причудливо тянулись к небу под невозможными углами и напоминали острые клыки огромного каменного зверя.
На третьем, последнем острове, находилось самое большое здание и, подозревала я, самое древнее. Казалось, оно возникло из хаотичной смеси эпох и архитектурных стилей и напоминало то ли замок, то ли огромную крепость. Сооружение расползалось во все стороны, словно паутина, расходящаяся от шести башен, каждая из которых была построена из собственного материала и отличалась от остальных.
Единственное, что объединяло всё это странное здание, — цвет. Какие бы материалы ни использовали при строительстве, все они имели тёмно-багровый оттенок, почти чёрный.
Я тщательно сохранила невозмутимое выражение лица, стараясь ничем не выдать своего впечатления. Если мой похититель мог изображать скуку, то и я сумею.
— Что это? — спросила я с нарочитым безразличием. — Как называется тот городок впереди?
— Городок?
В его голосе прозвучало раздражение.
— Это не какой-то там городок.
Я пожала плечами.
— Город, значит. Какая разница?
— Какая разница?
К моему удивлению, за спиной послышался звук — он спешивался. Через мгновение принц уже шагал рядом со мной.
— Это, девочка, не городок, а столица Санграты.
Я чувствовала на себе его взгляд.
— Честное слово, если ты шпионка из приграничных земель, то худшая из всех, кого мне доводилось встречать. Как можно не знать о Вейлмаре?
— Вот как? И много шпионов вы ловите?
Я окинула его взглядом, задержавшись на чёрном плаще и безупречных доспехах.
— Не похожи вы на человека, который любит пачкать руки.
— Ты ничего обо мне не знаешь, как мы уже выяснили, — парировал он.
Я склонила голову набок.
— Я знаю, что вы знатного происхождения. Привыкли отдавать приказы, а не выполнять их. Привыкли, что люди делают то, что вы хотите, вместо того чтобы вам самим добиваться желаемого. Думаю, для начала достаточно.
Он промолчал.
— Тот мужчина, которого вы убили. Барнабас, — осторожно начала я. — С ним было что-то не так.
Принц фыркнул.
— Я не о самом очевидном, — огрызнулась я. — Его зубы. Они были… удлинёнными. Кажется, он собирался… укусить меня.
Светловолосый принц расхохотался.
— Неужели?
— Не вижу, что тут смешного…
Я осеклась.
Он холодно усмехался, глядя на меня сверху вниз. Впервые его выражение можно было хотя бы отдалённо назвать улыбкой. Губы чуть раздвинулись, и я увидела, что его клыки были ещё длиннее, чем у Барнабаса, и заканчивались тонкими острыми кончиками.
— Клыки, — глухо произнесла я. — У вас клыки.
Он презрительно усмехнулся.
— Только не говори, что там, откуда ты родом, никогда не слышали о высококровных, иначе я действительно решу, что ты свалилась с неба. Или слишком сильно приложилась головой о камень.
Он прищурился.
— Или слишком много выпила?
Его рука молниеносно метнулась ко мне, и он довольно сильно постучал пальцами по моей голове.
— Ай! Я ничего не пила, идиот! — возмутилась я.
— Идиот здесь я, а пусто почему-то у тебя в голове.
Он покачал головой.
— Однажды я читала в книге… — начала я.
— О, ты умеешь читать? Я потрясён.
Я проигнорировала его.
— Там говорилось о существах с острыми зубами, которые пьют кровь. Они не могли выходить на дневной свет. Нападали по ночам и высасывали своих жертв досуха. И жили очень долго.
Я украдкой посмотрела на него, отчаянно надеясь, что он скажет: книга ошибалась.
— Что ж, три из пяти — неплохой результат, — заметил он. — Мы можем ходить при дневном свете, как ты прекрасно видишь.
Он указал на угасающее вечернее солнце, выглянувшее из-за облаков.
— А живём действительно долго.
— Но вы… пьёте людей?
Я уставилась на него, стараясь скрыть ужас в голосе.
— Вы пьёте кровь?
Он медленно и жестоко улыбнулся.
— Мы вампиры. Этим мы и занимаемся.
— И что теперь? Вы везёте меня к своим, чтобы выпить досуха?
Он потянулся, закинув руки за голову, а я постаралась не смотреть на мышцы, проступившие под тёмным плащом.
— Возможно. Кто знает, что они решат с тобой сделать? Знаешь, отдать свою кровь вампиру — большая честь.
Я не могла понять, шутит он или нет. Почему-то сомневалась.
— Вы чудовище.
Он ухмыльнулся.
— Перестань, ты ранишь мои чувства, сквернорождённая.
— Не притворяйтесь, будто они у вас вообще есть, — огрызнулась я.
— Ты права. Чувства — это слабость. Так что не буду.
— Почему вам вообще нужно куда-то меня тащить? Почему нельзя оставить там, где вы меня нашли?
Его губы искривились.
— На куче мертвецов? А я-то думал, мы оказываем тебе услугу.
Я подняла скованные запястья.
— Ах да. Если бы все мужчины были столь же обходительны, как вы, — саркастически заметила я, звякнув металлическими цепями. — Я просто убита вашей добротой.
Уголок его рта дёрнулся.
— Многие женщины умоляли бы оказаться на твоём месте. Правда, возможно, не на такой пыльной дороге…
— Я не желаю слушать о ваших отвратительных любовных похождениях, — сказала я, поморщившись. — Приберегите хвастовство для своих людей. Им будет всё равно, даже если вы станете рассказывать небылицы о женщинах, которых привязываете к кровати.
— Мне нет нужды что-либо выдумывать, — резко ответил он, явно задетый.
Я перекинула волосы через плечо и промолчала. Несколько мгновений я чувствовала, как он смотрит на мои рыжие пряди.
Наконец он заговорил:
— Ты спрашивала, зачем мы тебя забираем? Ты ведь слышала, что сказал Люциус.
— Из-за моих волос? Довольно глупая причина.
Он фыркнул.
— Согласен.
Я покосилась на него.
— Правда? Тогда… отпустите меня.
— К сожалению, дело не только в моих предпочтениях относительно цвета волос. Лично я могу считать твои ржавые локоны безобразными, — язвительно произнёс он. — Но мои вкусы здесь ни при чём.
— Слава звёздам, — пробормотала я. — Мне меньше всего хотелось бы казаться вам привлекательной. Милорд.
Последние два слова я произнесла с неприкрытым сарказмом.
Он меня проигнорировал.
Через пару мгновений я всё-таки не выдержала.
— Хорошо. Что ещё? Кроме волос? Вы назвали меня сквернорождённой. Что это значит?
Он посмотрел на меня.
— Все смертные — сквернорождённые. Ты явно не вампир. Но существуют… различия. Ты не обычная смертная. Например, твои уши. Они необычные.
Я коснулась пальцем заострённого кончика уха. Потом посмотрела на его.
— А у вас круглые.
— У всех нас круглые, — ответил он, кивнув в сторону идущих впереди солдат. — Я никогда прежде не видел таких заострённых ушей. Они сразу бросаются в глаза.
— И это всё? Я родилась с рыжими волосами и странными ушами — и это повод меня похищать?
Мой голос становился всё громче.
— Есть ещё кое-что, — медленно произнёс он, не отводя от меня глаз.
Его взгляд скользнул по моему телу сверху вниз, и, несмотря на себя, я почувствовала, как вспыхнули щёки.
— Другие особенности твоей внешности.
Я ощетинилась.
— Например?
— Кроме того, я тебя не похищал, — сказал он, разворачиваясь, чтобы снова сесть на коня.
Похоже, разговор был окончен.
— Ты вообще никогда себе не принадлежала.
У меня отвисла челюсть.
— Прошу прощения?
— Ты принадлежишь Санграте. Принадлежишь любому высококровному, который пожелает тебя забрать. Как сказал Люциус, быть замеченной одним из Благословенной Крови — большая честь.
Он улыбнулся одними губами.
— Тебе следует чувствовать себя польщённой.
Санграта. По всей видимости, так называлась эта земля.
Часть меня отчаянно хотела задать этому так называемому принцу ещё множество вопросов. Например, узнать его имя. Или спросить, что за места находились впереди, на трёх островах. Что это было? И туда ли мы направлялись?
Но я решила, что нашей враждебной перепалки на сегодня достаточно. Я облизнула губы, уже потрескавшиеся после нескольких часов ходьбы без воды и отдыха, и молча пошла дальше.
Когда мы обогнули окраину Вейлмара, вскоре стало ясно, куда именно лежал наш путь.
На средний из трёх островов. К замку из ониксового камня.
