Мой клинок вошёл в грудь демона так же легко, как вилка в идеальный кусок чизкейка. Только зрелище было куда омерзительнее.
Я присела над поверженным демоном и провернула кинжал, ухмыляясь ему в перекошенное от злобы лицо.
– Вот что бывает с теми, кто пытается жрать детей в моём районе.
Лезвие разорвало ему сердце. Челюсть отвисла, глаза потухли, и огромное тело подо мной окончательно обмякло.
Мёртв.
Отлично.
Я поднялась, оставив кинжал у него в груди.
– Можешь оставить себе.
В конце концов, оружие принадлежало ему. На мой взгляд, в том, чтобы убивать демонов их же собственными клинками, была своя поэзия. Я занималась истреблением демонов уже довольно давно, и мне требовались новые испытания, чтобы не заскучать.
На улице стояла тишина. Я быстро обыскала тело, проверяя, нет ли при нём амулетов или оружия. Демоны частенько таскали с собой ценные вещи, и упускать добычу я не собиралась. Я ощупала его карманы и даже перевернула, поморщившись от боли в плече. Во время схватки он успел меня хорошенько приложить, но к утру всё должно было зажить.
Нащупав в кармане небольшой твёрдый предмет, я достала камешек.
– Бинго!
Я сунула амулет перемещения в карман и вскочила на ноги.
Затем отправила в рот твёрдый леденец со вкусом сливочной карамели. Сестра называла их моими старушечьими конфетами, но мне было плевать. Я бросила курить, и эти леденцы помогали мне не сойти с ума.
– Прикончила? – окликнула меня с другой стороны улицы Аэри, моя сестра.
Я обернулась и увидела, как она выходит из тёмного переулка. На её белом костюме-призраке виднелись пятна крови. По сути, он состоял из прочных белых тактических брюк и топа, но благодаря магии делал свою хозяйку невидимой. Чертовски крутая штука.
Ветер трепал светлые волосы Аэри, а её голубые глаза были устремлены на меня. Этот район Мэджикс-Бенда назывался Дарклейн в честь практиков тёмной магии, которые здесь жили. Мы с Аэри поселились тут ещё детьми, после побега из Гримреалма.
Я развела руками, указывая на демона у своих ног, и насмешливо произнесла:
– Та-дам! Готов. А твой?
– Сцапала ублюдка в конце переулка. – Она пересекла улицу и подошла ко мне. – Вытянула из него всё, что смогла. Думаю, в городе рыскали только эти двое.
– Отлично. Приятно, когда работа сделана как надо.
Оставалось сообщить Совету истребителей демонов, что мы выполнили поручение. Я обняла сестру за плечи.
– А теперь мне нужно выпить. Солнце уже встаёт, а значит, скоро пора спать.
Аэри улыбнулась.
– Идём. Видят судьбы, мы это заслужили.
Я в последний раз взглянула на демона. Его тело уже начало исчезать. Убей его кто-нибудь другой, он вернулся бы в преисподнюю, откуда явился, и со временем наверняка попытался бы снова пробраться на землю.
Но только не этот мерзавец. С ним было покончено раз и навсегда, потому что я была истребительницей демонов, наделённой Советом особыми силами.
Мы с Аэри направились домой. До него оставалось всего несколько кварталов. На улицах было тихо и темно. Старомодные фонари, словно сошедшие со страниц «Оливера Твиста», мерцали золотистым светом. Большинство жителей Дарклейна уже спали за потемневшими фасадами нарядных викторианских домов, которыми славился этот район.
Наконец мы добрались до своего жилища: некогда фиолетового викторианского дома, теперь покрытого слоем грязного налёта и похожего на дом с привидениями.
Сразу скажу: неряхами мы не были. Просто от тёмной магии со временем образовывалось что-то вроде сажи, которая оседала на каждом здании этой старинной улицы, придавая ей мрачный облик старой Англии. Дома стояли так тесно, что у большинства были общие стены. При солнечном свете ещё можно было различить следы прежней краски, но такая возможность выпадала редко.
Нас с Аэри это вполне устраивало.
Я поднялась по нескольким ступенькам к входной двери и сняла защитные чары.
Мы вошли в богато украшенную прихожую главного дома. Здесь мы принимали посетителей и занимались магией крови, которая приносила нам небольшой дополнительный заработок помимо истребления демонов. Чёрные бархатные обои с цветочным узором прекрасно подходили к обстановке.
На самом деле у каждой из нас была собственная тайная квартира, по одной с каждой стороны главного дома. Об их существовании почти никто не знал, даже наши друзья.
Назвать нас скрытными – значит ничего не сказать.
И на то имелись веские причины.
Мы были носительницами Крови дракона, редчайшими сверхъестественными существами, способными создавать новые виды магии. Причём любые. Даже настолько могущественные, что с их помощью можно было уничтожить весь мир. Такие, как мы, встречались настолько редко, что большинство считало нас всего лишь мифом.
Вот только у этого дара имелась обратная сторона. Власти с радостью отправили бы нас в Тюрьму для магических преступников, сочтя потенциальной угрозой. И это ещё в лучшем случае. В худшем нас попытались бы захватить и заставить применять свои способности в чужих интересах, превратив в оружие, способное уничтожить мир.
Именно это когда-то пытались сделать наши тётка и дядька, прежде чем мы сбежали. То же самое попыталась провернуть подруга нашего детства, когда мы были подростками. Моя первая настоящая подруга во внешнем мире выдала наши секреты людям, которые хотели причинить нам зло.
Поэтому за пределами крошечного круга тех, кому мы полностью доверяли, никто не знал, кто мы такие. И никогда не должен был узнать.
Я уже пережила подобное и предпочла бы умереть, чем снова оказаться в плену.
– У меня есть время быстренько выпить, – сказала Аэри. – Потом нужно встретиться с Декланом.
Я повернулась к ней и многозначительно поиграла бровями.
– Намечается свидание?
Она ухмыльнулась.
– Ага. Поздний завтрак.
В прошлом месяце Аэри встретила любовь всей своей жизни – падшего ангела. Он мне чертовски нравился. И хотя я скучала по сестре, когда она уходила на свидания, ни за что бы в этом не призналась. Она заслуживала счастья.
– Тогда пошли. По одной, и отправишься приводить себя в порядок перед свиданием. – Я картинно содрогнулась. – Утром!
– То, что ты ведёшь ночной образ жизни, ещё не значит, что все остальные обязаны делать то же самое.
Я рассмеялась и повела её к своей квартире. Вход скрывался за дверью, которую никто, кроме нас двоих, не мог увидеть.
Квартира была обставлена разномастной старинной мебелью, а ткани пестрели всевозможными цветами. Поскольку на людях я обычно одевалась во всё чёрное, дома мне хотелось чего-то другого.
На диване лежала целая куча недовязанных вещей. О том, что я вяжу, почти никто не знал: эту тайну я берегла особенно тщательно. С моим привычным образом такое увлечение совершенно не сочеталось, но ведь каждому нужно какое-нибудь хобби, верно?
Мы с Аэри устроились на маленькой захламлённой кухне, и я приготовила нам коктейли. Пока мы пили, я с удовольствием выпытывала у сестры подробности её планов с Декланом.
Много лет мы были вдвоём против всего мира. Я радовалась, что теперь у неё есть Деклан, но по-прежнему дорожила временем, которое мы проводили только вдвоём.
К тому времени, как я допила свой «Манхэттен», а Аэри – мартини, меня уже клонило в сон.
Сестра ушла к себе, а я направилась в ванную и остановилась перед зеркалом.
О судьбы, ну и видок!
Несмотря на усталые глаза и бледную кожу, чёрный макияж по-прежнему выглядел безупречно благодаря специальному заклинанию. Тёмные линии обрамляли глаза, проходили по переносице и тянулись к вискам, образуя подобие маски.
Прямо как у Зорро.
Впрочем, именно этого я и добивалась.
Макияж помогал мне скрываться от прошлого. От семьи, которая держала нас с Аэри в плену, когда мы были детьми, из-за наших способностей. Нас заставляли пользоваться силой Крови дракона ради чужих целей. Если бы они нашли нас, всё повторилось бы.
Да и другие поступили бы точно так же. Мы знали это по собственному опыту.
Из нас получалось идеальное оружие.
Я отогнала неприятные воспоминания и забралась в душ. Это была единственная часть квартиры, которую я потрудилась осовременить: каменная отделка, хром и душевая лейка с эффектом водопада.
Через десять минут я вышла из душа. Как раз в этот момент Аэри крикнула на прощание и с грохотом захлопнула входную дверь.
Ума не приложу, откуда у неё столько желания куда-то ходить по утрам.
Накинув халат, я отправилась в спальню. Не торопясь убрала боевую одежду, наконец забралась в постель и почти сразу уснула.
Как назло, кошмар пришёл почти сразу. В самые тяжёлые ночи так бывало всегда.
Я сделала всё возможное, чтобы забыть прошлое. Мы с Аэри оставили его в Гримреалме, когда сбежали оттуда в пятнадцать лет. И я хотела, чтобы оно там и оставалось.
Но по ночам, когда моя защита ослабевала, воспоминания возвращались.
Кошмар каждый раз начинался одинаково. Я стояла на коленях в холодной каменной камере. Гримреалм находился под землёй, прямо под Мэджикс-Бендом, поэтому там всегда было холодно и темно. Но в камере приходилось хуже всего.
Единственный свет проникал через окошко в двери, да и его чаще всего заслоняла мерзкая ухмыляющаяся физиономия тётки.
– Делай, – прошипела она. – Делай, иначе я расскажу ей, кто ты на самом деле.
– Пожалуйста, – взмолилась я. Мне было всего одиннадцать, но умолять я уже умела превосходно. – Не говори ей. Пожалуйста, не надо.
Я не могла потерять сестру.
– В тебе живёт зло, маленькая носительница Крови дракона. Твоя кровь чёрная и грязная. А теперь пролей её и сотвори магию.
Сквозь слёзы я посмотрела на грязный нож в своей руке. Другая рука лежала на колене ладонью вверх, обнажая бледное запястье.
Именно этого тётка и добивалась. Если она вообще была моей настоящей тёткой.
Кровь дракона давала мне способность создавать магию. Это была самая редкая и самая ценная сила в мире.
Чем больше крови я проливала, тем могущественнее становилась новая магия. Если потерять достаточно крови, почти всю, оказавшись на грани смерти, можно было создать новую способность, которая останется со мной навсегда. Такая магия навсегда изменяла мой магический след.
Стоило мне создать достаточно новых способностей, и всему миру стало бы ясно, кто я на самом деле. Любое сверхъестественное существо сумело бы это почувствовать.
Возможно, я даже стала бы такой же злой, как моя мать.
Тогда у меня появились бы заботы пострашнее тётки. Пострашнее тайны, которой она шантажировала меня каждый день. Эта угроза постоянно висела надо мной, словно занесённый топор. Она стала моим собственным чудовищем, притаившимся во тьме.
– Делай, иначе я раскрою твою тайну. Аэри отвернётся от тебя, когда узнает правду о твоей грязной крови.
– Нет!
Я была не просто носительницей Крови дракона, как моя сестра. Наполовину во мне текла кровь другого существа... чего-то тёмного. Злого.
Моя кровь не была чистой и жемчужно-белой, как у Аэри. Как у нашего отца.
Её испортила моя мать.
Аэри не понимала, что означала моя маслянистая, чёрная, как полночь, кровь.
А я понимала.
Это было доказательством того, что я злая. Такая же, как мать, которую никогда не встречала.
Тётка ясно дала мне это понять. И хуже всего было то, что я сама чувствовала зло внутри себя. Тьму, которая угрожала однажды вырваться наружу и поглотить меня.
Получалось, что мы с Аэри были сёстрами лишь по отцу. Мы никогда не знали своих родителей, и Аэри считала, что у нас общие отец и мать. На самом деле общим у нас был только отец.
Моя мать принадлежала к какому-то неизвестному виду злых сверхъестественных существ. Её магический след пах серой и гниющими ночными лилиями.
Это было всё, что я о ней знала. И всё, что хотела знать.
Но ещё я знала, что Аэри была единственным человеком, который у меня оставался. Единственным, кого я любила.
Я не могла её потерять.
А тётка обещала, что именно это и случится, если сестра узнает правду.
Часть меня ей не верила. Мне было одиннадцать, но дурочкой я не была. Тётка готова была на всё, лишь бы заставить меня создавать всё больше магии. Она пользовалась мной и моим страхом.
И всё же...
А вдруг она права?
Моя чёрная кровь доказывала, что во мне живёт зло, даже если Аэри этого не понимала. Но стоило тётке всё рассказать, и сестра бы поняла. Ведь доказательство было очевидным. Каждый мог его увидеть.
Я вонзила лезвие в кожу.
Боль пронзила руку, и мне это понравилось. На боли было легче сосредоточиться, чем на собственных страхах.
Из раны выступила кровь, чёрная, как полночь. Она потекла по руке и закапала на пол.
Я переложила нож в ослабевшую от потери крови руку и неловко полоснула другую.
Новая вспышка боли.
Я улыбнулась.
Ещё больше крови.
Она стекала на каменные плиты, собираясь тёплой лужицей вокруг моих коленей. По мере того как кровь остывала, холодела и я.
– Вот так, – прошипела тётка.
Я ненавидела её. Ненавидела так сильно, что с удовольствием вонзила бы кинжал ей в сердце.
Но она никогда не давала мне такой возможности.
Другого выбора тётка мне не оставляла: я должна была создавать магию и превращаться в оружие. Иначе она лишила бы меня единственного человека, которого я любила.
Я чувствовала, как остывает тело и замедляется сердцебиение, и представляла силу, которую собиралась создать.
Тётка хотела, чтобы я обрела способность управлять чужим разумом. Сама она, разумеется, носила защитный амулет.
Что ж, я создам такую силу. Но использую её, чтобы спасти нас с Аэри.
Я научусь появляться в сознании других людей. Вот что я сделаю. А потом передам кому-нибудь на поверхности сообщение с просьбой спасти нас.
Я крепко зажмурилась и сосредоточилась на задуманном. Голова кружилась, пока жизнь вместе с кровью вытекала из моего тела. Я покачивалась, сидя на коленях. Дыхание стало поверхностным, кожа похолодела.
Ещё немного. Ещё чуть-чуть.
Чтобы новая магия осталась со мной навсегда, нужно было оказаться на самой грани смерти. Иначе способность получилась бы временной.
Только создание постоянной магии могло заставить тётку хранить мой секрет.
Я проделывала это не впервые. И знала, что не в последний раз.
Я боролась с подступающим беспамятством, чувствуя, как смерть всё ближе.
Когда из моих вен вытекло достаточно крови, я выпустила наружу свою магию. Выжала из себя всю силу до последней капли. Сознание начало мутиться.
Магия смешалась с чёрной кровью, порождая нечто новое. Нечто иное.
Меня замутило. Всё тело налилось тяжестью.
А потом магия изменилась.
Она засверкала вокруг меня, потрескивая от переполнявшей её силы, и устремилась обратно в моё тело. По мышцам прокатилась волна энергии, прогоняя слабость.
Сознание прояснилось, дыхание выровнялось. Вены вновь наполнились кровью, а тело – магией.
Новой магией.
Постоянной.
И тётка рассмеялась.
Громкий стук во входную дверь вырвал меня из сна.
Я резко проснулась, судорожно хватая воздух. Сердце бешено колотилось. Я попыталась отогнать воспоминания о кошмаре.
Это было самое страшное из моего прошлого. Я изо всех сил старалась забыть те годы и так и не рассказала Аэри правду о своём происхождении.
Хотя собиралась.
Выбравшись из-под тёткиной власти и впервые вдохнув свежий воздух настоящего мира, я поняла, что сестра никогда от меня не отвернётся. Теперь, став взрослой, я в этом не сомневалась.
Но пятнадцать лет мне промывали мозги, а после побега я не хотела даже вспоминать пережитое. Не говорить об этом означало не думать.
Мне не хотелось признавать правду, хотя я прекрасно её знала. Моя чёрная кровь служила тому доказательством. Пока я старалась не думать об этом, мне не приходилось смотреть правде в глаза.
Всё равно я понятия не имела, кто моя настоящая мать. А любую унаследованную от неё тьму я держала под контролем.
В конце концов, значение имела не кровь, а поступки.
И я была Аэри настоящей сестрой. У нас был общий отец, и этого достаточно.
Если временами, особенно по ночам, правда всё-таки не давала мне покоя, я старалась отмахнуться от этих мыслей. А желание где-то в глубине души узнать, кто я такая на самом деле, попросту подавляла.
Стук в дверь не прекращался.
Я застонала и повернулась к часам.
Всего десять утра.
– Кого, чёрт возьми, несёт в Дарклейн в десять утра?
Никому из местных и в голову не пришло бы явиться в такую рань. Даже жители других районов Мэджикс-Бенда, привыкшие к нормальному распорядку дня, ни за что не сунулись бы в лавку на этой стороне города в столь неподобающее время.
Я закрыла уши руками.
Стук продолжался.
Чёрт.
Я зажмурилась, пытаясь его игнорировать, но тот, кто стоял за дверью, явно твёрдо намеревался попасть внутрь.
– Ладно!
Я сердито хлопнула по подушке, выбралась из постели и накинула халат. Затем, громко топая, вышла из квартиры и направилась в главный дом.
Добравшись до входной двери, я заглянула в глазок.
Мои глаза расширились.
– Святые судьбы!
