Часы пронзительно заверещали, и я, ругаясь и размахивая руками, вскочила с кровати.
Медленно открыв глаза, я застонала. Провела пальцами по волосам, поморщилась и тут же выдернула руки. После ванны я уснула, так и не расчесавшись, и теперь волосы спутались в колтуны.
Подойдя к зеркалу на стене, я всмотрелась в своё отражение. Великолепно. Волосы напоминали птичье гнездо. Совсем не тот образ, к которому я стремилась.
Схватив щётку, я попыталась укротить кудри, но безуспешно. Вечером придётся снова вымыть голову и распутать волосы с помощью одного из масел, бутылочки с которыми я заметила в ванной. Если, конечно, опять не буду валиться с ног от усталости.
А пока у меня оставалось два варианта: весь день ходить с таким видом, будто на моей голове в любую минуту может свить гнездо ворона, или собрать волосы и выставить напоказ заострённые уши. Так или иначе, пялиться на меня наверняка будут.
Я решила скрутить волосы в свободный узел. Так они хотя бы не лезли в лицо, а буйные кудри, возможно, выглядели так, будто я нарочно оставила их растрёпанными, а не довела до такого состояния совершенно случайно. К тому же, если правильно уложить несколько прядей, можно было прикрыть уши.
Следующей проблемой стала одежда. Я распахнула шкаф и быстро выбрала серый шерстяной свитер и облегающие чёрные брюки из слегка тянущейся ткани. Понятия не имея, на какие занятия меня записали, я решила, что разумнее всего надеть то, в чём можно свободно двигаться. На всякий случай.
Следом настал черёд высоких коричневых кожаных сапог. Я быстро зашнуровала их, и тут в животе громко заурчало.
– Знаю, знаю, – пробормотала я. – Скоро. Обещаю.
В дверь постучали, и я резко вскинула голову.
– Кто там?
Ответа не последовало. Я подошла к двери и распахнула её.
За порогом стояла Реган Пансера. Она нетерпеливо постукивала ногой, но, увидев меня, тут же перестала.
На мгновение на её лице отразилась смесь чувств, которые я не смогла разобрать. Затем наши взгляды встретились, и она тепло улыбнулась.
– Медра, – пропела она. – Как же приятно снова тебя видеть. Рада, что твой куратор велела тебе быть готовой. Я отведу тебя в трапезную на завтрак.
Я сглотнула. Реган Пансера была воплощением элегантности. Возможно, самой красивой женщиной из всех, кого мне доводилось видеть.
Её серебристо-светлые волосы были уложены мягкими волнами и отливали металлическим блеском, словно в них и правда был металл. Утренний свет подчёркивал тёплые медовые оттенки её насыщенной карамельной кожи с лёгким внутренним сиянием. На ней было облегающее тёмно-красное платье чуть выше колен. Завершали наряд начищенные до блеска чёрные сапоги на высоком каблуке.
На воротнике платья чёрной нитью были вышиты слова:
Sanguine Vinciti.
Проследив за моим взглядом, Реган с гордостью коснулась вышивки пальцем.
– «Связанные кровью». Девиз дома Дракхарроу.
Я кивнула и вышла в коридор. Реган пошла впереди, а я молча последовала за ней, не зная, что сказать.
Но беспокоиться не пришлось. Когда мы вышли во внешний коридор, она сама нарушила молчание.
– Думаю, вчера мы начали не с той ноты, – сказала Реган, покосившись на меня, пока мы шли рядом. – Надеюсь, сможем начать всё сначала. В конце концов, мы обе помолвлены с одним мужчиной. Нам предстоит стать его супругами. Почти что сёстрами.
Я поперхнулась воздухом. Сейчас, решила я, явно не лучшее время сообщать Реган, что Блейка Дракхарроу она может забрать себе целиком и полностью.
Я заставила себя улыбнуться.
– Я была бы не против. Начать сначала, я имею в виду. Надеюсь, ты понимаешь, что я не желаю тебе ничего плохого.
– Разумеется, не желаешь, – успокаивающе произнесла она. – Да и какой вред ты вообще можешь причинить вампиру? Я вовсе не почувствовала угрозы с твоей стороны. Ни капли. Честно говоря, я беспокоилась за Блейка. Его дядя порой бывает с ним очень суров. Я не знала, обрадуется ли Виктор тому, что Блейк привёз тебя, или придёт в ярость. Я так рада, что всё разрешилось благополучно.
Я украдкой посмотрела на неё с любопытством. Сегодня утром она и правда казалась совсем другой – гораздо спокойнее и счастливее. Неужели Блейк был прав и Реган просто приняла новое положение вещей? Я смотрела, как она заправляет за ухо блестящую прядь.
– Слушай, – начала я, не особенно желая продолжать разговор о Блейке и в то же время сгорая от любопытства. – Здесь часто бывает, что у мужчины две жены?
– Не всегда. Пар много, особенно среди сквернорождённых. А среди вампиров, особенно высококровных, триады считаются самым прочным союзом для семейных альянсов.
Она слегка улыбнулась.
– Я знала, что к нам с Блейком, скорее всего, присоединят ещё кого-то. Просто не думала, что это случится так скоро. И уж точно не ожидала, что всё произойдёт настолько неожиданно и публично.
Что ж, это я могла понять и даже ей посочувствовать.
– Да, для меня это тоже стало… немалым потрясением, – как можно тактичнее ответила я.
И тут мне пришла в голову новая мысль.
– А супругами всегда бывают женщины? То есть две женщины и один мужчина?
Реган покачала головой.
– О нет. Триады бывают самые разные. Иногда два мужчины и женщина. Иногда трое мужчин. Всё зависит от главы триады – от его или её вкусов и предпочтений. По крайней мере… – поправилась она. – Обычно зависит.
Она прикусила губу.
– Ой, прости. Я не хотела…
Я покачала головой.
– Ничего страшного. Я понимаю.
Значит, я не соответствовала вкусам и предпочтениям Блейка?
Я было подумала, не пожалеть ли беднягу, но тут же решительно отказалась от этой мысли. Ну да, ему не позволили самому выбрать вторую супругу и навязали меня – ту, которую он уже явно терпеть не мог. Сейчас расплачусь. Во всяком случае, долго со мной мучиться ему не придётся.
Я подумывала расспросить Реган подробнее о том, как именно устроены интимные отношения внутри таких триад, но решила, что знать этого не хочу. Всё равно это не имело никакого значения. Я не собиралась вступать в близкие отношения ни с одним из них. Особенно с Блейком. Если уж на то пошло, сейчас Реган выглядела куда привлекательнее – конечно, если бы меня вообще тянуло к женщинам, чего я за собой, насколько знала, не замечала.
Сегодня коридоры были полны студентов. По пути Реган то и дело кому-нибудь махала или здоровалась. Многие смотрели на неё с восхищением, а потом украдкой переводили взгляд на меня. Она словно оттягивала внимание от меня на себя, и это оказалось неожиданно приятным преимуществом нашей новой дружбы.
На мгновение остановившись, чтобы обнять высокую девушку по имени Гретхен, одетую во всё чёрное, Реган продолжила:
– Итак, сейчас пойдём в трапезную и накормим тебя завтраком. Я познакомлю тебя со всеми из нашей компании, а потом отведу на первое занятие. Кстати, вот твоё расписание.
Она протянула мне свиток, исписанный аккуратным чёрным почерком. Я пробежала его глазами.
9:30 – История Санграты
10:30 – Восстановление
12:00 – Обед
13:00 – Продвинутое владение оружием
14:00 – Знакомство с библиотеками Кровавого Крыла
16:00 – Приветственная речь
Реган заглянула мне через плечо.
– О-о-о, история Санграты. Её проходят все первокурсники. «Восстановление» тоже должно быть интересным. Его ведёт профессор Родригес. Обязательно спроси его об истории исцеления драконов. Очень увлекательная тема.
Я удивлённо посмотрела на Реган. Не ожидала, что она окажется любительницей истории.
Она откинула волосы за плечо и улыбнулась.
– Я всегда стараюсь преуспевать на всех занятиях. Это наш долг перед домом Дракхарроу.
Я улыбнулась в ответ, надеясь, что по моему лицу не видно, насколько меня от этого мутит.
Мы добрались до трапезной – просторного сводчатого зала, поражавшего своим величием. Высоко над головой вздымались ребристые своды, опиравшиеся на ряды каменных колонн, тянувшихся вдоль всего помещения. Сквозь большие арочные окна под самым потолком проникал дневной свет.
Снаружи виднелись высокие деревья с осенней листвой жёлтых, оранжевых и красных оттенков.
Стоило нам войти, как на меня обрушился гул голосов, звон приборов и посуды, а где-то далеко к ним примешивались шелест сухих листьев на ветру и шум морских волн. Если бы не вампиры, решила я в тот момент, Академия Кровавого Крыла могла бы быть… красивой.
Стены зала украшали тёмные гобелены. По два больших висело справа и слева, и на каждом был вышит свой девиз.
Я прочитала их один за другим.
Ex Sanguine, Unitas. Из крови – единство.
Ex Sanguine, Virtus. Из крови – сила.
Ex Sanguine, Legatum. Из крови – наследие.
Ex Sanguine, Potentia. Из крови – могущество.
На дальней стене висел огромный гобелен в золотых и красных тонах с гербом Кровавого Крыла, а рядом – четыре поменьше. Я предположила, что на них изображены символы и гербы четырёх домов, но с такого расстояния деталей было не разобрать.
Однако в тот момент меня куда больше занимало совсем другое.
Я жадно втянула носом воздух, и мой желудок заурчал так громко, что Реган рассмеялась.
По обеим сторонам зала тянулись длинные тяжёлые деревянные столы, между которыми оставался широкий проход. Каждый ломился от еды. Я увидела блюда с хрустящим беконом, жареным картофелем с маслом и золотистыми колбасками, подносы с пышной яичницей и миски, доверху наполненные маффинами, сконами и тартами. Рядом с горячими блюдами стояли подносы с яркими фруктами. Тёмно-красные гранаты, блестящий зелёный виноград и груды спелых слив соседствовали с тарелками свежего хлеба с хрустящей корочкой.
И это была лишь та еда, которую я узнавала. Многое я видела впервые в жизни. Я заметила, как одна девушка взяла кусочек странного ярко-красного плода с маленькими чёрными семенами. Она откусила, и сок потёк по подбородку.
По столам были расставлены большие серебряные кувшины со свежими соками. К моему облегчению, многие студенты держали в руках дымящиеся чашки с хорошо знакомым мне тёмно-коричневым напитком.
– Хвала Кровавой деве за каву, – сказала Реган рядом со мной и вопросительно подняла брови. – Хочешь чашку?
– Кава? Вы так её называете? У нас для неё другое слово. Но да. Конечно. Я бы сейчас убила за… каву.
Поначалу слово непривычно ощущалось на языке, но с тем количеством, которое я собиралась выпить, привыкну быстро. Интересно, можно ли будет заваривать каву прямо у себя в комнате?
Реган уверенно прокладывала путь через огромный зал, явно направляясь к определённому месту.
– Давай я тебя со всеми познакомлю, – сказала она, наконец остановившись возле почти полностью занятого стола. – Ты будешь сидеть здесь. С лучшими представителями дома Дракхарроу.
Я опустила взгляд и встретилась с парой серых глаз – стальных и вызывающих.
На мгновение на лице Блейка Дракхарроу отразилось чистое презрение. Затем его сменила маска безразличия.
Я ждала, что он похлопает по месту рядом с собой и улыбнётся Реган. Может, даже специально для меня устроит демонстрацию нежных чувств.
Но вместо этого он снова уткнулся в тарелку и сделал вид, что нас не существует.
– Ну, с нашим блистательным лидером Блейком ты уже знакома, – весело сказала Реган.
– Пока ещё не лидером, – вставил сидевший рядом парень с тёмно-русыми волосами и набитым яйцами ртом.
Реган нахмурилась.
– Без шуточек, Тео.
Она повернулась ко мне.
– Тео – кузен Блейка. Он считает, что ему всё сойдёт с рук, даже откровенное неуважение.
Тео театрально схватился за сердце.
– Неуважение? Я? Быть такого не может! Неужели мой драгоценный кузен отправит меня в изгнание?
Он выжидающе посмотрел вдоль стола на Блейка, но на его красивом лице играла насмешливая улыбка.
Сходство между родственниками действительно было заметно. Только у Блейка были худощавые, резкие черты, от которых веяло опасностью, а лицо Тео было полнее и, осмелюсь сказать, почти приятным.
Единственным ответом Блейка стал маффин, полетевший Тео в голову. Он отскочил и упал на пол.
Я мысленно посочувствовала слугам, которым, должно быть, приходилось убирать после всех пищевых сражений этих избалованных высококровных.
Тео завыл от смеха.
– Задел за живое, дорогой кузен! Ранен! Я ранен, говорю тебе!
– Жаль, что не в рот, – пробормотал Блейк.
Уголки моих губ дёрнулись, но я быстро подавила улыбку.
Тео поднялся и изящно поклонился мне.
– Я почти забылся, миледи. Тео Дракхарроу к вашим услугам. Придворный самого Чёрного принца. Любимец всех и каждого.
Реган фыркнула.
– Он себе льстит. Мы его едва терпим.
– Он плут и негодяй, – пророкотал высокий молодой мужчина с очень тёмной кожей, сидевший чуть дальше по столу.
Он кивнул мне. Его взгляд был вдумчивым и напряжённым. Короткие серебристо-светлые волосы были зачёсаны набок.
– Это Корегон Фири, – представила его Реган. – Один из самых близких друзей Блейка.
Корегон был крупным молодым мужчиной. В отличие от Тео, в нём чувствовались спокойная уверенность и властность, словно ему не требовалось язвить или повышать голос, чтобы добиться своего.
– Что делает ему мало чести, – тут же вставил Тео.
– Помолчи, Тео. Кто здесь всех представляет – я или ты? – возмутилась Реган.
К сожалению, Тео воспринял это как приглашение. Он театрально ахнул.
– Я? Взять всё на себя? Стоило только попросить!
Кузен Блейка вскочил на стул и принялся указывать по сторонам.
– Куинн Райли, изволь поздороваться.
Светлокожая девушка с длинными серебряными волосами, заплетёнными сзади в три косы, подняла руку.
– А слева от Куинн у нас Виша Вайдья. Осторожнее с ней, дамы и господа. Она боец.
Молодая женщина с насыщенной тёпло-коричневой кожей, ярко контрастировавшей с короткими серебристо-белыми волосами, убийственно посмотрела на Тео. Затем её острые, пронзительные фиолетовые глаза переместились на меня. Виша заставила себя улыбнуться, но мне эта улыбка показалась скорее вызовом, чем приветствием.
Тео захохотал, заметив выражение её лица.
– Когда-то в семье Виши были лучшие драконьи всадники во всей Санграте. Уверен, она с удовольствием провела бы над тобой всякие мерзкие маленькие эксперименты, будь у неё такая возможность, – объяснил он. – И большинство из них, конечно, предполагали бы полное обескровливание.
Он переводил взгляд с неё на меня и обратно, продолжая ухмыляться, словно надеялся увидеть драку.
Я скрестила руки, внезапно слишком отчётливо вспомнив, что передо мной не просто однокурсники.
Они были вампирами.
– А в этих кувшинах случайно нет тёплой крови? Или по утрам вы предпочитаете холодную? – как ни в чём не бывало спросила я Тео.
– Вообще-то я предпочитаю красное со льдом, – совершенно серьёзно ответил он. – Чем свежее, тем лучше. А что? Предлагаешь попробовать?
Наверное, мои глаза всё-таки немного расширились, потому что он расхохотался.
В следующую секунду весь стол содрогнулся.
Блейк вскочил на ноги, его ладони всё ещё лежали там, куда он с силой ударил ими по столу.
– Хватит, – прорычал он.
И, не сказав больше ни слова, ушёл.
– Ай-ай-ай, – протянул Тео, наблюдая, как кузен исчезает из трапезной. – И кто же так скрутил в узел его мрачный развевающийся плащ?
Он присвистнул.
– Что-то мне подсказывает, это ты, Медра Пендрагон.
И подмигнул мне.
– Я? – растерянно переспросила я.
– Тео посмел пошутить о том, что выпьет твою кровь, – объяснил Корегон своим глубоким басом. – Но это запрещено. Мы все слышали указ Виктора.
– Видишь ли, Блейк не любит делиться. Ты принадлежишь ему. Но я, разумеется, никогда не посмею тебя тронуть, – Тео положил руку на сердце. – Ни рукой, ни клыком. Клянусь Кровавой девой.
– Да кто вообще такая эта Кровавая дева – или что это? – проворчала я, раздражённая очередным напоминанием о том, что Блейк Дракхарроу считает меня своей собственностью.
– Садись и поешь, – предложил Тео.
Он подвинулся на скамье, освобождая мне место. Я с радостью села, схватила тарелку и начала накладывать еду.
Сдерживая стон наслаждения и отправляя в рот очередной кусок колбаски, я подняла глаза и обнаружила, что Куинн Райли пристально на меня смотрит.
– Ну и аппетит у тебя, – хмыкнула она.
Я проглотила кусок.
– К сожалению, когда я приехала вчера вечером, ужина мне так и не дали, – холодно ответила я. – Но вообще-то у меня всегда хороший аппетит.
– Люблю женщин, которые умеют поесть, – одобрительно заявил Тео.
Его улыбка стала шире.
– Кого я обманываю? Мужчин, которые умеют поесть, я люблю ничуть не меньше. А может, даже больше.
Он сам расхохотался над своей шуткой, а Корегон закатил глаза.
– О нет! – простонала Реган с противоположной стороны стола.
Она поднялась, схватила салфетки и принялась промокать платье спереди.
– Я вся облилась кавой. Тео, будь душкой, расскажи Медре о четырёх домах.
Она тревожно посмотрела на меня.
– Прости. Я только схожу переоденусь. Через несколько минут вернусь и отведу тебя на занятие. Подождёшь меня здесь, хорошо?
Я кивнула с набитым двумя кусками бекона ртом.
Реган Пансера только что передо мной извинилась? Девушка и правда изменилась за одну ночь. Либо её дружелюбие было искренним, либо она хотела оставаться в милости Виктора Дракхарроу.
– С превеликим удовольствием, дорогая мисс Пансера.
Тео шутливо отсалютовал ей.
Когда Реган ушла, я вопросительно посмотрела на него.
– Четыре дома?
– И вновь мне досталась ключевая роль, – задумчиво произнёс Тео. – Теперь я, значит, историк? Какое тяжкое бремя легло на мои плечи.
Он постучал пальцем по подбородку.
– С чего же начать?
Прежде чем я успела что-нибудь сказать, он вскочил, запрыгнул на скамью и прочистил горло.
– Четыре королевских дома Санграты! – громко провозгласил он. – Исторический обзор, подготовленный Тео Дракхарроу специально для Медры Пендрагон в первый день семестра Осенней поры.
Несколько студентов за соседними столами удивлённо подняли головы.
– Потише, Тео, – прошипела Куинн. – Ты не в лекционном зале! Ты опять нас позоришь.
Тео приложил палец к губам и прошептал мне сверху:
– Мы ведь не хотим такого, правда, Медра?
Я ничего не могла с собой поделать и усмехнулась в ответ. Тео Дракхарроу был неисправим, и я наслаждалась каждой секундой этого представления.
– Не хотим.
– Ложная тревога! – объявил Тео, размахивая руками. – Этот урок предназначен только для одной ученицы. Эксклюзивное занятие. Возвращайтесь к своим завтракам, негодяи и плуты. Прочь с глаз моих!
Похоже, остальные студенты давно привыкли к выходкам Тео. Они уже послушались его и вернулись к своим разговорам.
Я потянулась за маффином, покрытым кусочками корицы и коричневого сахара, и внимательно посмотрела на Тео.
– Ты правда Дракхарроу?
Он надул грудь.
– Кто сказал, что я ублюдок?
– Я не… – быстро начала я, хотя уже заметила, что его волосы на один-два оттенка темнее, чем у остальных за столом.
– Ублюдком-то я, может, и являюсь, но родился в законном браке, – сказал он с ухмылкой. – Да, я Дракхарроу и горжусь этим. А почему спрашиваешь?
– Ты совершенно не похож на своего кузена, – прямо ответила я.
И тут меня осенило.
– Ты сын Виктора?
Тео покачал головой.
– Нет-нет. Моя мать – самая младшая сестра нашего достопочтенного дядюшки. Отец Маркуса и Блейка имеет старшинство в семье. А у дорогого дяди Виктора потомства нет. Во всяком случае, насколько нам известно.
– Маркус? – переспросила я. – Кто это?
– Старший брат Блейка. Наверное, ты видела его вчера – он стоял рядом с Виктором в большом зале. Самое доброе слово, которым его можно назвать, – прихвостень.
Тео покачал головой.
– Ах, какой весёлый получился незапланированный приём.
Я скривилась.
– Весёлый. Безусловно.
– Маркус окончил Кровавое Крыло прошлой весной, – пояснил Тео.
– А теперь Блейк… глава дома?
– Не совсем, – вмешался спокойный голос Корегона. – Главы домов должны сражаться за своё место. Его нужно заслужить. По наследству оно не передаётся.
– Именно, – подхватил Тео. – Сейчас у дома Дракхарроу в Кровавом Крыле вообще нет главы. Его выберут до конца семестра Осенней поры. Все, конечно, предполагают, что им станет Блейк. Но в доме есть несколько студентов, которые вполне могут решить побороться за это место.
Он подмигнул Корегону.
– Например, ты, старина.
Корегон покачал головой.
– Пусть Блейк забирает. Слишком много хлопот – управлять всей этой компанией.
Тео надул губы.
– И никаких дуэлей? Какая скука.
Он оглядел стол.
– Остальных, кто, возможно, способен бросить Блейку вызов, за нашим столом нет. Наверняка Реган позаботилась об этом, когда всех приглашала.
– А как насчёт других домов? – спросила я.
Тео кивнул в сторону стола через проход.
– Вот там как раз сидит глава дома. Каге Танака. Он возглавляет дом Авари.
Я украдкой посмотрела туда. Во главе длинного стола сидел эффектный высокий молодой мужчина с золотистым оттенком кожи.
– Но его фамилия…
– По матери он Авари, – объяснил Корегон. – Он решил не брать фамилию Авари. По крайней мере пока. Он гордится родом своего отца.
Я снова взглянула на Каге Танаку.
Глава дома Авари выглядел… сосредоточенным. На нём была идеально подогнанная чёрная форма с серебряной тесьмой. От Каге исходила такая властность, что он словно подавлял собой всех студентов вокруг. Он быстро что-то говорил, сосредоточенно сузив тёмные глаза. Создавалось впечатление, что никто не посмеет его перебить.
На форме Каге был знак, который я приняла за герб дома Авари: серебряный дракон, держащий полумесяц.
Я прищурилась, пытаясь прочитать надпись вокруг герба.
– Luna sanguinea surgit, – подсказал Тео, заметив мой взгляд. – «Восходит кровавая луна». О, смотри, ещё одна. Кэтрин из дома Мортис.
Он указал на красивую девушку с алебастровой кожей и белыми волосами, заплетёнными в косу-корону. Она шла вдоль рядов столов, подбрасывая сливу в воздух и без малейшего усилия ловя её снова и снова. На ней было короткое белое платье с высоким воротником и красные кожаные сапоги.
За ней почти вплотную шли две молодые женщины – обе темноволосые и красивые. У одной была очень тёмная кожа, и одета она была во всё белое. Её длинные волосы были заплетены во множество тонких кос. У второй была фарфоровая кожа, волосы до подбородка и полностью красный наряд.
Они держались за руки.
Все трое двигались словно единое целое.
Я понизила голос.
– Это её… супруги?
Корегон поперхнулся, а Куинн с другого конца стола снова хихикнула.
– Супруги? – Тео покачал головой. – Нет. Это её траллы.
Я едва не подавилась.
– Траллы? Что это вообще значит?
– Значит, она ими сегодня завтракала, – пробормотала Куинн с другого конца стола. – Во имя Кровавой девы, эта сквернорождённая действительно ничего не знает.
Тео проигнорировал её.
– Это значит, что они связаны с ней кровью. Всё не настолько грубо, как пытается представить Куинн. Но если ты спрашиваешь, являются ли они ещё и любовницами, то, скорее всего, да.
– Не настолько грубо? – выдавила я. – Но они ей кто? Рабы?
Тео пожал плечами.
– Ну… в каком-то смысле да. Но их ведь не пытают. Сам процесс питания кровью может быть довольно приятным.
Я не хотела этого слышать.
– То есть они согласились добровольно? Их не принуждали? Они сами на это пошли?
Тео переглянулся с Куинн и Корегоном.
– Ну… почти. Не совсем.
– Траллы – значит, они очарованы ею, – сказала Куинн, едва не хихикая над моей глупостью. – Она держит их под своей властью. Они любят её. Они хотят, чтобы она пила их кровь.
– Это отвратительно, – сердито сказала я. – Нельзя просто делать такое с людьми.
Лицо Куинн стало злым.
– Можно. И мы делаем. А они ещё благодарны, что им не досталось чего похуже.
– Что это значит? – потребовала я.
Корегон прочистил горло.
– Традиционно вампиры действовали куда жёстче, когда добывали себе источники крови.
– Он хочет сказать, что раньше мы убивали тех, чью кровь пили, – пояснил Тео. – А теперь обычно… не убиваем.
– Обычно? – выплюнула я.
Он пожал плечами.
– Некоторые всё ещё предпочитают старые способы. Охотиться на сквернорождённых законом не запрещено, но большинство давно от этого отошло. Вейлмар – безопасный город. Сквернорождённые здесь находятся под защитой. Мой дядя Виктор недавно начал продвигать культуру сдержанности. Он считает, что если обуздывать жажду крови, копить её и удерживать в себе, мы становимся сильнее.
Я даже не хотела знать, для чего именно Виктор собирался копить вампирскую жажду крови.
– И в этом нет ничего плохого, – огрызнулась Куинн, будто я лично её оскорбила. – А как, по-твоему, предпочитает питаться твой драгоценный жених?
Она оскалилась, и я невольно вздрогнула.
– Думаешь, он не убил немало сквернорождённых? Не охотился и не убивал ради крови?
– Блейк действительно происходит из очень традиционной ветви семьи, – согласился Тео, хотя мне показалось, что он слегка смутился.
Он поёрзал на скамье и оглядел трапезную.
– В любом случае, думаю, с главами домов мы закончили. Лисандера я здесь не вижу. Он возглавляет дом Орфос. Его сестра Лунайя, возможно, будет ходить с тобой на некоторые занятия. Очень милая девушка.
Похоже, он отчаянно хотел сменить тему.
– Дом чудаков, – пробормотала Куинн через стол.
Она поднялась.
– Ладно, я пошла.
Куинн посмотрела на меня, а затем покачала головой, словно решила, что вежливо прощаться со мной бессмысленно.
Я подождала, пока она отойдёт достаточно далеко, и спросила:
– Что она имела в виду? Насчёт дома Орфос?
Тео махнул рукой.
– Ну, знаешь… У дома Орфос определённая репутация. Они довольно… загадочные.
– Он хочет сказать – бесполезные, – добавил Корегон. – Слабые.
– Да, их обычно считают самым слабым домом, – признал Тео. – Хотя Лисандер со временем вполне может изменить это мнение. Так было не всегда. Просто обычно какой-нибудь один дом считается слабее остальных.
Корегон уже поднимался на ноги.
– Что ж, удачи сегодня, Медра.
– Спасибо, – удивлённо ответила я и посмотрела на большие часы высоко на стене.
До девяти оставалось всего пять минут. Занятия начинались в половине десятого.
– Ты тоже уходишь?
Он переглянулся с Тео.
– Люблю приходить заранее. Мне нужно кое-что подготовить. Я помогаю одному из преподавателей.
Вокруг нас трапезная постепенно пустела. Тео совершенно не волновался и уже накладывал себе ещё одну порцию жареного картофеля.
– А чью кровь ты пил сегодня утром, Тео? – вежливо спросила я, наблюдая за ним.
Он замер, так и не донеся вилку до рта.
– Знаешь, нам не обязательно питаться постоянно. И во время кормления вовсе не обязательно убивать. Как я уже говорил, некоторые предпочитают именно так, но многие – нет. Сейчас это обычно считается излишне жестоким. Дурной тон. Ну, ты понимаешь.
Он прожевал кусок картофеля и добавил:
– Кроме того, большинство из нас питается от слуг. Мы, высококровные, всегда держим нескольких под рукой. А если совсем прижмёт, хватаем какого-нибудь первокурсника.
Я побледнела, и Тео расхохотался.
– Я пошутил.
– Очень смешно. Ха-ха, – пробормотала я.
– А вот и Реган.
Тео отодвинул тарелку и поднялся.
– Полагаю, пора идти на занятия.
Вокруг нас зал уже почти опустел. Остались лишь несколько слуг, которые торопливо уносили грязную посуду и оттирали столы.
– Уф, ну и путь, – запыхавшись, сказала Реган.
На ней были безупречный сиреневый шерстяной свитер и шелковистая юбка ему в тон.
– Думаю, возьму каву с собой. Тео, ты просто чудо, что присмотрел за Медрой.
Тео поклонился.
– Для тебя – что угодно, Реган.
Он посмотрел на меня.
– Ну что ж, до свидания, Медра. Не делай ничего такого, чего не сделал бы я.
Он в последний раз подмигнул и исчез.
